Оборвалась линия судьбы Александра Ильина

Александр Ильин был далеко не самым успешным руководителем великой газеты, но ему и достался самый тяжелый период в ее истории. Кресло главного редактора он занял в начале 1994 года, когда газета находилась фактически на нелегальном положении после ельцинского указа, запретившего выход изданий, вставших на сторону расстрелянного Верховного Совета. Мы уже никогда не узнаем, чего стоило возобновить выпуск «Правды» ее главному редактору. Почему-то в администрации президента очень хотели ликвидировать сам правдинский брэнд, не возражая, чтобы коллектив правдистов делал газету с каким-нибудь другим названием. Но правдисты хотели выпускать только «Правду», и газета спаслась. Может быть, и чудом.

Александр Ильин не был, как теперь говорят, эффективным менеджером. Тем более не был менеджером кризисным. Вообще не был менеджером. В этом есть правда, но нет упрека, как нет упрека в вопросе: «Почему люди не летают как птицы?» Вся предыдущая жизнь готовила Александра Ильина к чему-то чистому и светлому, каким виделась выпускнику Ленинградского университета журналистика эпохи победившего социализма. В те годы, как вспоминают знавшие его по тем временам, Ильин ходил на занятия в старой, оставшейся от службы в армии гимнастерке и был худощав, застенчив. Впрочем, характерная питерская сдержанность, интеллигентная неброскость осталась с ним навсегда. Их готовили к полету, этих юношей эпохи 60-х. И работа, сначала в «Ленинградской правде», а потом в «Правде» большой не располагала к приземленности – великие стройки, на которых корреспондент «Правды» всегда оказывался первым, и великие свершения, которые заполняли «чердаки» и «подвалы» правдинских страниц – все это было знаком высокой судьбы. Высокой судьбы страны и их судьбы, старых правдистов, которые и были этой страной. Ее солью.

Потом все кончилось. Судьба переломилась, и ее четкая, уходящая ввысь линия превратилась в крест, тяжкий крест.

статья полностью