Похороним своих мертвецов

Реквием по СССР

Стоит произнести эти четыре слова – и практически каждый с ними согласится. Отрицать очевидное глупо.

Но почему-то немало среди нас таких людей (особенно много – среди оппозиционеров старше тридцати), которые отлично осведомлены о гибели советской империи, однако мыслят и действуют так,  словно она еще существует. Точнее сказать, сохраняется иллюзия, будто разрушение СССР – явление временное, и он вот-вот будет восстановлен.

К сожалению, не будет. Состояние «клинической смерти» СССР, когда процесс еще можно было повернуть вспять, длилось самое большее до октября 1993 года. Дальше уже пошла биологическая смерть – процесс, увы, необратимый. Уж если за прошедшие полтора десятилетия Советский Союз не воскрес – значит, он не воскреснет никогда.

Это, повторяю, знают все. Но знать мало – нужно еще осознавать этот факт и при планировании своих действий исходить из него.

С широко закрытыми глазами

Если же мы останемся в плену иллюзий, то обречены и дальше терпеть поражение за поражением. Ведь для победы главное – верное представление о ситуации. Допустим, вы, читатель, в десять раз сильнее меня, и владеете боевыми приемами, о которых я даже не слышал. Но если во время драки ваши глаза будут завязаны, а мои – нет, то исход боя будет ясен заранее.

Между тем, власть вовсю эксплуатирует наши иллюзии. Как вы думаете, сколько голосов Путину добавило возвращение советского гимна – пусть и с новыми словами? Кстати, на мой взгляд, кремлевские консультанты тут малость недодумали: можно было бы и старые слова оставить. Ни на что они повлиять бы все равно не могли (ну сами подумайте: что в нашей жизни зависит от рифмованных строчек, которые по утрам звучат под музыку по радио?), зато поддержка президента стала бы гораздо более массовой. И казалось бы нам (не всем, конечно, но многим), что Советский Союз возрождается. А кое-кто, поумнее, вспомнил бы старый добрый ужастик «Кладбище домашних животных»…

Играем черными

Впрочем, то, что власть использует против нас наши же иллюзии – плохо, но не смертельно. Хуже другое.

Ведь если советский строй свергнут лишь временно… Значит, революция стране не нужна – только реставрация. Смотреть в будущее, конечно, нужно, но моделировать его следует, исходя из прошлого – конечно, с исправлениями (как пел герой всенародно любимого советского фильма – «чтобы с этих пор по-новому оставалось все по-старому»).

А реставратору, согласитесь, не пристало раскачивать лодку. Напротив, он стремится к стабильности – чтобы поначалу сохранить хотя бы остатки старого порядка, а затем потихоньку восстановить и все остальное. Он ориентирован на социальное примирение, а не на конфликт.

Отсюда идет изначальная установка – не на атаку, а на оборону. Принимая ее, мы вынуждены «играть черными», постоянно уступая противнику (будем уж прямо говорить, власти) право первого хода. Между тем сама-то власть настроена вполне радикально, и конфликтов не боится. Она с самого начала завладела инициативой – и никто даже не пытается у нее эту инициативу отобрать.

Не так страшна провокация…

А боец, лишенный инициативы, называется уже не бойцом, а жертвой. И оппозиционные активисты часто рассуждают именно в таком ключе – как жертвы. Со страниц различных изданий постоянно звучат опасения, что «нас используют», что «это провокация», что имярек – агент Кремля…

Боец мыслит иначе. Он не боится, что его используют – он сам использует всех и каждого для достижения своей цели. И провокаций он тоже не боится – напротив, он активно их применяет. Настоящий боец и кремлевского агента поставит в такое положение, что тот будет вынужден работать против своих хозяев. Бойцу и в голову не придет жаловаться на притеснения со стороны власти. Власть для него – враг, и от нее было бы странно ожидать чего-то другого. Зато и сам он сохраняет по отношению к врагу полную свободу действий.

Ну как, уважаемый читатель, похож ли персонаж предыдущего абзаца на нас с вами? Увы…

Вот только один пример. Прошлой весной высокопоставленный член одной из оппозиционных партий (ни его, ни партию называть не буду – зачем зря обижать людей? Речь идет не о конкретном человеке, а об общественном явлении) выступил в печати со статьей, из названия которой можно было понять, что эта самая партия активно борется с режимом и вот-вот оный режим победит. А в самой статье речь шла совсем о другом – там подробно перечислялись гонения, которым подвергаются партийные активисты: такой-то погиб при загадочных обстоятельствах, такого-то избила милиция, на такого-то заведено уголовное дело, и вообще власть усиленно ищет повод для запрета партии…

Безусловно, все эти товарищи заслуживают как минимум сочувствия. Но… где же борьба? Где пусть маленькая, но победа, которой можно гордиться и которая воодушевит колеблющихся? Нет, в представлении автора статьи то, о чем в ней говорится – и есть противостояние режиму.

Откуда нет возврата земным скитальцам…

Такой взгляд – не вина, а беда оппозиции. И, похоже, корень этой беды – как раз в том, что среди оппозиционеров господствуют не революционные, а реставрационные настроения. А они, увы, прямо ведут к поражениям – и тактическим, и стратегическим.

Конечно, в самой реставрации советского строя ничего плохого не было бы – будь она возможна. Но это, к сожалению, не так. И бороться за реставрацию – значит лишать себя возможности сделать что-нибудь действительно полезное для народа и опасное для власти.

Может быть, наконец похороним своих мертвецов? Признаем, что, как бы хорош ни был Советский Союз, воскресить его невозможно?